«Я украинец второго сорта» Вербовщик «Правого сектора» сидит в российской тюрьме. Что он думает о русофобии и Майдане?
«Регулярно происходили налеты на города»
«Лента.ру»: В 2014 году вы были одним из руководителей самообороны Бердичева. От кого вы оборонялись?
Пирожок: Когда на Майдане стала накаляться ситуация, я пояснял всем, кого знал, а в Бердичеве и Житомирской области я знал многих, что президента Украины Виктора Януковича сбросят, начнется схватка с Россией, и тогда всякого рода радикалы распустят руки.
Объяснять местным последствия было не надо. Бердичев — город четырех культур: польской, русской, украинской и еврейской. Мы видели, что творилось. Регулярно происходили налеты на небольшие города — молодые люди на автобусах заезжали и громили все, грабили магазины. Майдановцы, антимайдановцы — неважно, кто оплатил их услуги. Когда такая банда помогает устроить рейдерский захват и лишает вас места работы, ее политические пристрастия второстепенны.
Каждый взял понятное ему направление. Про мою историю с организацией «Легион «Вервольф»» (созданная в 1990-х в России неонацистская организация — прим. «Ленты.ру») знали, поэтому было решено, что я беру под себя всех наших правых. Я и взял. Но я не был их лидером, скорее политическим советником.
Местные правые были не против того, что к ним вроде как прислали чужого?
Я смог собрать всех ребят и лидеров, мы обсудили ситуацию. Все поняли меня правильно. Да и грело то, что в это время на Майдане правый фланг был самым сильным.
Что собой представляла самооборона Бердичева?
Мы перекрыли все въезды и выезды, поставили свои блокпосты. В Бердичев ведет четыре дороги, на каждой были свои люди с рациями, смотрели, следили и докладывали обстановку. Были единомышленники и в Житомире, с соседями тоже держали связь. В случае проблем в нужные места выезжало подкрепление.
В Бердичев не пускали никакую чужую власть — ни киевскую, ни новую, никаких их сторонников. Порядок в городе мы сохранили
Какой момент в самообороне Бердичева вы считаете наиболее сложным?
В марте 2014 года пошел слух, что в город едут антимайдановцы, потом — что майдановцы. Звонили из Житомира, рассказали, что на трех автобусах, вроде «титушки» (обобщенное название народных дружинников, активистов, боевиков, выступавших на стороне властей во время событий Евромайдана — прим. «Ленты.ру»). Разведка донесла, что у них есть списки магазинов и предпринимателей, у кого есть чем поживиться. Хотели грабеж устроить.
Горячих голов было много, за ножи и биты взяться — дело недолгое, но крови не допустили. Победа была за нами. Парни обратно уехали в тесноте на двух автобусах. Третий остался в подарок жителям Бердичева
Фото: страница «Самооборона Бердичів» на Facebook
Как в то время складывались отношения с силовиками?
С милицией мы только с местной вели дела, чужакам проезда не давали. Сотрудники Службы безопасности Украины (СБУ) до определенного времени все попрятались.
Какую позицию занимал криминалитет в той ситуации?
С ним проблем не было. Они в то время тоже самооборону поддерживали. Им был нужен порядок, чтоб все оставалось как прежде. Хаос никому, кроме политиков, не нужен был.
«Мы были против идеологического противостояния»
Как в 2014-м относились вы и ваши товарищи по самообороне к событиям в Крыму и в Донбассе?
События в Крыму в то время интересовали нас меньше всего. Вы поймите, у нас же специфический регион. Тут исторически так сложилось, что вся интеллигенция говорит на русском и польском, а остальные — на украинском.
Как вы отнеслись к трагедии, случившейся в Доме профсоюзов в Одессе?
Конечно, резко негативно! Я об этом публично высказывался в интернете, мои мысли по этому поводу можно найти и сегодня. Я резко осудил одесские события.
Вы и ваши сподвижники по отряду «Хорти» разделяли взгляды «Правого сектора»?
Мы организовались в Бердичеве сами. Никто не приезжал и не предлагал нам некую единую программу «Правого сектора». «Хорти» следовала лозунгу «Єдина країна, единая страна!». Он отвечал принципам двуязычного народа, поэтому я его поддерживал.
Одно из первых дел, которое сделали наши парни, — восстановили и отреставрировали все памятники советским воинам в районе. Мы были против идеологического противостояния
«Хорти» собрались из болельщиков «Спартака». Не знаю, почему они так звались, фанатам нравилось. Потом уже к названию добавили «Правый сектор».
Представители «Правого сектора» жгут советский флаг во время митинга на Куликовом поле в Одессе, май 2014 года
Фото: Александр Гагарин / РИА Новости
«»Правый сектор» создали спецслужбы»
Вы подчинялись штабу Яроша?
Привычный россиянам «Правый сектор» был создан Службой безопасности Украины. Он до сих пор продолжает работать на спецслужбы против министра внутренних дел Украины Арсена Авакова
Дмитрий Ярош — это же кум Валентина Наливайченко, бывшего главы СБУ при президенте Викторе Ющенко, крестный отец его детей. Наливайченко создал организацию «Тризуб» и создал Яроша. Это маленькая маргинальная организация с хорошей крышей и эксклюзивной информацией.
Если они такие маргиналы, почему же все остальные организации «Правого сектора» размахивали свастиками и использовали русофобские лозунги?
Лозунги зависят от того, какой товар востребован на рынке и подо что выделяются деньги. Русофобия оказалась в цене, поэтому ее и стали развивать
Наверное, всем бы хотелось, чтобы я сказал, что вездесущие американцы и НАТО. Но хватало желающих и среди представителей местного бизнеса, которые думали, что им это будет выгодно, поскольку для их деятельности откроется больше рынков и возможностей на Западе. Ну и при решении сложных внутренних задач автобус с радикалами лишним не будет.
Да и Янукович поддерживал националистов. Его очень впечатлили события после убийства журналиста Георгия Гонгадзе в 2000 году, которые фактически свалили Леонида Кучму с поста президента, и ему не нужны были вот такие гражданские выступления. Нужно, чтобы улица была за «Тризубом».
А вообще радикалы очень полезны для нанесения точечного удара. И неважно, кто они — ультралибералы, ультраправые или ультралевые. До того как Майдан перерос в государственный переворот, он восемь месяцев плясал. Люди приезжали, уезжали, слонялись без толку. Они бы до сих пор там плясали — бессмысленный протест.
Чтобы Евромайдан во что-то вылился, нужно было его радикализировать — поджечь сотрудника правоохранительных органов, разбить кому-то голову, кому-то получить пулю. Они и добились того, чего хотели
«На меня напали и избили битами»
В какой-то момент пути «Хорти» и «Правого сектора» разошлись. Что случилось?
В мае из Киева поступило сообщение c просьбой собраться всем областным представителям «Правого сектора» в Житомире. Я приехал туда с моими пацанами, от Яроша прикатил начальник его службы безопасности. На встречу в здание пошли наши делегаты — 18 человек с области, а я остался на улице.
Тренировка по рукопашному бою бойцов «Правого сектора» в палаточном лагере на площади Независимости в Киеве
Фото: Андрей Стенин / РИА Новости
Какова была цель встречи?
Поставить над нами свою крышу. Они на микроавтобусах приехали, может, хотели вывезти делегатов и подержать в заложниках. Их же все тогда боялись, никто не возникал против. Но тут не срослось. Мы перекрыли выходы, сказали, что живыми не выпустим. Милиция с нами встала. Переругивались, грозили друг другу. Потом приехал губернатор Житомирской области и вступил в переговоры. В итоге утрясли.
«Началась схватка за ресурсы»
Чем занимались потом?
Я остался в областной политике. Был и в организации по содействию люстрации, оставался в совете при губернаторе, входил в коллегию по кадастру. Хватало дел с землей. Житомир же самая перспективная область. У нас там ресурсов. Янтаря столько, что вашей Калининградской области и не снилось! А еще гранит, щебенка, песок и самые большие в Европе запасы титана и ильменита. За них и теперь идет война.
Если совсем по-честному, то на войну в «добробаты» в основном отправляли чересчур активных и порой неадекватных представителей, мешавших жить нормальным людям
Тогда уже атошники (АТО, антитеррористическая операция украинских сил в Донбассе, сменила в 2018 году название на Операция объединенных сил — прим. «Ленты.ру») начали суетиться пытаться что-то забрать под себя. В янтарный бизнес активно лезли все эти общественно-гражданские отделения добровольческих батальонов. Надо понимать, что «добробаты» вышли из движений. Нормальные добровольцы шли тогда служить в Вооруженные силы Украины, а добровольческие батальоны — это же бандитские военизированные формирования.
За ресурсы началась серьезная схватка. Когда я вмешался, у меня хватало сторонников. В областном совете было шесть моих депутатов, которых мы протолкнули через «Радикальную партию» Олега Ляшко. На базе самообороны в Бердичеве продолжали работать созданные нами структуры, не дававшие развернуться чужакам на нашем янтаре. Потом мы противостояли введению новых тарифов. Не пускали чиновников из Киева.
Когда к нам прислали из Киева нового начальника милиции, мои ребята пришли и выгнали его пинками. Мы не держали власть, но мы ее корректировали
При каких обстоятельствах вы покинули Украину?
В 2015 году меня задержала СБУ, причем не наша, а винницкая, чему предшествовал конфликт с местным олигархом Александром Ревегой. Раньше он был депутатом от «Партии регионов», но к тому времени, как водится, находился уже в «Блоке Петра Порошенко». И вот он пообещал, что меня посадит. Поругались мы из-за земли и в целом из-за его попыток ставить своих людей у нас на должности.
Пирожок был задержан в результате спецоперации МВД и СБУ при попытке продать две боевые гранаты
Меня посадили под домашний арест. Потом выпустили погулять, а я как раз успешно провел выборы для партии Ляшко. Им я помогал, поскольку можно было с минимумом голосов провести в облсовет своих людей. Потом суд приговорил меня к трем годам, и до апелляции я спокойно гулял на свободе. Но решение в итоге оставили в силе. Я вышел из зала суда, сел в машину, уехал в Приднестровье и оттуда вылетел в Россию. Генералы СБУ и местный депутат — это серьезные противники, да и приговор неприятный.
Больше некуда было, а Москва мне знакома. И потом, я же в России отсидел, бояться, как думал, нечего. Но, как показало время, напрасно.
Через три года ваш срок подойдет к концу, возможно, получится освободиться досрочно. Что думаете делать после этого?
Признаться, ответа на этот вопрос у меня нет. Я всегда хотел вернуться домой. Там моя семья, мой отец, кроме них у меня ничего не осталось. Полагаю, что после отбытия срока Россия депортирует меня и, скорее всего, я сяду уже в украинскую тюрьму. В отношении меня там возбудили дело за государственную измену. Хотя я никогда не был госслужащим.
Видимо, я украинец второго сорта. Неоднократно писал в посольство, но так ни разу никто из дипломатов ко мне и не приехал
Меня удивляет отношение Украины. Меня арестовали на территории России по обвинению в действиях против вашей страны. По идее, Украина должна меня защитить, тем более что в моем приговоре значительная часть обвинений сводится к созданию радикальных группировок на Украине. Но эти же группировки не являются в нашей стране, в отличие от России, запрещенными. Значит, по идее, меня надо защищать?
В общем, я не строю иллюзий, что после перемен во власти, которые обязательно произойдут на Украине в ближайшие годы, для меня что-то изменится. В силовых ведомствах на местах останутся те же люди, а у меня черная анкета. Я удобный, всегда можно на мне заработать политические баллы. Так что поживем — увидим.
Продолжение беседы с Игорем Пирожком и его рассказ о вербовке российской молодежи для создания радикальных группировок читайте на «Ленте.ру» в ближайшие дни.
«Правый сектор»: как националисты стали инструментом «цветной революции» на Украине
В рамках проекта «Антитеррор» Telegram-канал «Южный ветер» кратко рассказывает о создании радикальной националистической группировки «Правый сектор» 1 * (запрещена на территории РФ), ее структуре и о том, чем она сейчас занимается.
Краткая история создания «Правого сектора»
«Правый сектор» (ПС) — изначально неформальное объединение активистов ряда украинских националистических («национально ориентированных») праворадикальных организаций (Всеукраинская организация (ВО) «Тризуб» имени Степана Бандеры*, «Патриот Украины»*, «Белый молот»* и др.), образовавшееся в ходе протестных акций в Киеве (декабрь 2013 — февраль 2014 г.г.).
Лидером организации «Правый сектор» стал украинский националист из ВО «Тризуб» Дмитрий Ярош, с фигурой которого данная организация ассоциируется и по сей день. В Российской Федерации «Правый сектор» признан экстремистской организацией (решение Верховного Суда РФ от 17.11.2014 г.), его деятельность запрещена.
Официально «Правый сектор» позиционирует себя как национально-освободительное движение (НОД), основной целью которого является создание «Украинского Самостоятельного Соборного Государства» (УССГ). Основными задачами являются противодействие «кланово-олигархической системе» на территории Украины и противодействие «российской агрессии» в Крыму и на территории Донбасса.
Первую известность получило своим участием 1 декабря 2013 года в столкновениях с внутренними войсками и спецподразделениями МВД Украины, охранявшими здание Администрации президента, а также в захвате нескольких административных зданий — один из этажей захваченного Дома профсоюзов они и занимали в ходе «Евромайдана». Считается, что создание «Правого сектора» курировал лично бывший глава СБУ Валентин Наливайченко, который имел тесные связи с ЦРУ. Он же впоследствии и пытался их легализовать в составе силовых структур страны. Финансирование осуществлялось по дипломатическим каналам через посольство США в Киеве. В ходе «Евромайдана» выплаты бойцам достигали от 200 до 500 долларов в день, координаторам — около 2000 долларов за день массовых беспорядков.
Всего НОД «Правый сектор» имеет три крыла: военное, политическое и молодежное.
22 марта 2014 года на закрытом съезде в Киеве было принято решение преобразовать «Правый сектор» в политическую партию на юридической и кадровой базе партии «Украинская национальная ассамблея» (УНА-УНСО 1 )*, которая была переименована в партию «Правый сектор».
Курс направлен на проведение «уличной политики» и стремление противодействовать внутренней «оккупационной» системе и любым антиукраинским проявлениям, а также деятельности парламента. Особое место занимает сотрудничество с украинскими общинами. В настоящее время председателем партии является Андрей Тарасенко, неофициальное финансирование осуществляет бывший президент Украины Петр Порошенко.
Цель организации «Правая молодежь» — воспитание молодого поколения, разделяющего националистические взгляды и требующего коренных изменений в государстве в возрастной категории от 16 до 21 года.
После избрания Порошенко «Правый сектор» обязался всецело поддерживать все его действия по объединению и сохранению Украины, по наведению порядка на востоке Украины. В этих целях ПС заявил о готовности мобилизовать более 5 тысяч человек, если им гарантируют обеспечение, вооружение и полноценное сотрудничество со всеми госструктурами страны.
16 июля 2014 года Дмитрий Ярош объявил о создании «Добровольческого украинского корпуса» на базе силового блока «Правого сектора» для ведения боевых действий на Донбассе и возвращения Крыма под юрисдикцию Украины. С этого времени ПС позиционировал себя как национально-военное движение и активно участвовал в так называемой антитеррористической операции (АТО) на Донбассе.
Движению не удалось легализовать свою деятельность и интегрироваться в государственные и силовые структуры, что привело к резкому изменению в его отношении к руководству Украины. К слову, сам народный депутат Ярош 28 декабря 2015 года заявил о выходе из националистического движения «Правый сектор» и занялся строительством собственных проектов — военизированной организации «Украинская добровольческая армия» и политической партии «Державная инициатива Яроша».
Структура «Добровольческого украинского корпуса»
Возглавляет «Добровольческий украинский корпус (ДУК) «Правый сектор» Андрей Стемпицкий, одним из ярких пятен на биографии которого является причастность к подрыву 31 декабря 2010 года памятника Сталину в Запорожье. В январе 2011 года арестован в процессе широкомасштабного задержания командования ВО «Тризуб» и приговорен к четырем месяцам ареста за «незаконное владение оружием».
Базовая структура корпуса формировалась в 2014-2015 годах с прицелом на широкое участие в боевых действиях на Донбассе. Однако после того, как руководство страны усилило давление на различные незаконные вооруженные формирования с предложением легализоваться в составе силовых структур, боевые подразделения сократились фактически до одной батальонной тактической группы, а резервные батальоны для каждой области реорганизованы в сотни.
Боевые подразделения ДУК ПС чётко структурированы (батальонная тактическая группа, рота/сотня, отдельная тактическая группа) и предназначены для выполнения отдельных тактических боевых задач во «фронтовой зоне», а также для проведения диверсий и террористических актов на всей территории Украины и за её пределами.
К 2020 году представлены фактически одной батальонной тактической группой, участники которой совершают периодические командировки в зону конфликта на Донбассе.
При этом в свое время им удалось «засветиться» во многих знаковых точках конфликта на Донбассе — Донецком аэропорту, шахте «Бутовка», на «Бахмутке» (трасса 1303 Лисичанск — Луганск) и высоте Дерзкая к востоку от Мариуполя, причем нередко с серьезными потерями.
Учебный центр «Холодный Яр» сформирован для обучения добровольцев и их мобилизации в подразделения ДУК. В задачи центра входят предоставление добровольцам-кандидатам базовых военных знаний и навыков, определение их пригодности к военному делу в рядах ДУК; обучение бойцов резервных сотен ДУК; составление и совершенствование программы обучения.
Оперативные подразделения ДУК ПС предназначены для выполнения отдельных оперативно-тактических задач в составе небольших мобильных диверсионно-разведывательных групп на наиболее важных направлениях, в том числе в зоне боевых действий в Донбассе, в районе государственной границы между Крымским ФО РФ и Херсонской областью Украины и непосредственно на территории Крымского ФО РФ.
На сегодняшний день основными оперативными подразделениями ДУК ПС являются:
отдельная разведывательная рота ДУК ПС «Чонгарские Бобры» — предназначена для выполнения разведывательных задач на всей территории Украины кроме «фронтовой зоны»;
Стоит отметить, что «Крымская сотня» комплектуется в основном из представителей крымско-татарского этноса и ведёт активную пропаганду вступления в организацию «Правый сектор» среди гражданского населения Украины и Крымского ФО РФ.
Основной задачей «Чонгарских бобров», «Крымской сотни» и «12 резервной сотни» в Херсонской области на участке границы с Республикой Крым является навязать конкуренцию военизированным крымско-татарским подразделениям (общественная организация (ОО) «Аскер» и «батальон им. Номана Челебиджихана») в мероприятиях по переделу сфер влияния и оказанию физического и психологического давления на местное население. В этих целях на незаконно занятой территории на юго-западной окраине поселка Чонгар оборудована так называемая «разведывательная база».
В сферу криминальных интересов входит контроль за сельхозпредприятиями и добычей биоресурсов на территориях Чонгарского и Генического районов. В конце 2017 года из-за передела сфер влияния имел место конфликт с представителями «Меджлиса крымско-татарского народа» 3 *, который позднее был урегулирован при вмешательстве командира «Добровольческого украинского корпуса» Андрея Стемпицкого.
Резервные сотни ДУК ПС на бумаге имеют задачи подразделений территориальной обороны, но по факту являются «областными филиалами» организации для вербовки и обучения новобранцев.
Инициативные группы по созданию резервных сотен ДУК ПС являются начальными структурными подразделениями. Командирам инициативных групп ставятся задачи по подбору и увеличению количества личного состава, а также задачи материально-технического обеспечения создаваемых сотен. Известно о двух таких сотнях — в Винницкой и Одесской областях.
В настоящее время
За точку отсчета, когда деятельность «Правого сектора» приобрела современный вид, стоит взять выход из организации Дмитрий Яроша. По его же словам, в тот момент идеологи и руководители предпочли сосредоточить усилия на «внутриукраинской деятельности», в то время как сам Ярош желал продолжить войну на Донбассе.
Наиболее заметным является периодическое участие в различных митингах и маршах радикалов на Майдане, которые спонсируются Петром Порошенко и его сторонниками в ситуации, когда приходится напоминать действующей власти о последствиях «неправильных решений». Существенный контроль над радикалами до сих пор имеет СБУ. Как известно, ставленнику Зеленского Ивану Баканову пока не удалось провести зачистку конторы от лояльных предшественнику людей.
Появление таких «сторонников» является следствием ведения активной агитационно-вербовочной работы на территории России. Они также с завидной регулярностью выявляются сотрудниками правоохранительных органов. Так, 26 февраля текущего года в Москве был осужден некий Игорь Пирожок, которого отправили в «зарубежную командировку» после того, как он стал руководителем организации в Бердичевском районе Житомирской области.
Теневая деятельность группировки сосредоточена на типичном «крышевании» предпринимателей и политиков, с которыми было налажено тесное взаимодействие в течение президентского срока Порошенко.
Таким образом, выполнив в 2013-2014 годах основную роль проводника «цветной революции», радикальная националистическая организация «Правый сектор» недолго оставалась самой могущественной силой на Украине. Сегодня ее деятельность снова вернулась в русло «точки сбора» радикальной молодежи, готовой по первому приказу устроить «показательное шоу» в политических интересах западных партнеров — фактически поводка для киевского руководства. В то же время сохранить свои позиции будет непросто в связи с высокой конкуренцией с множеством других националистических организаций, которыми полна современная Украина, особенно где основную долю участников составляют ветераны реальных боевых действий.
1 Организация запрещена на территории РФ.
3 Организация признана экстремистской и запрещена в РФ.