Любое разминирование должно проводиться в специальном защитном костюме, позволяющем защититься от увечий, в случае возможного срабатывания мины. Естественно, что от больших зарядов подобный наряд не поможет, зато при мелких осколках данное средство просто незаменимо. Как правило, защитный костюм состоит из брюк, бронежилета, куртки, шлема, а также различных дополнительных элементов брони. Одевая на себя спецкостюм, сапер должен сохранять подвижность, которая позволит ему беспрепятственно выполнять все необходимые работы.
Несмотря на стремительное развитие инновационных технологий, старая добрая саперная лопатка не утратила своей актуальности и в наши дни и, скорее всего, будет приносить пользу еще не одному поколению «подрывников». Однако, и импульсный металлодетектор – это та вещь, без которой уже невозможно представить себе современного сапера. В отличие от своих предшественников, новые модели металлоискателей значительно более чувствительны и гораздо меньше ошибаются.
Поэтому главным высокотехнологичным «помощником» сапера в нашей стране был и остается металлоискатель. К большому сожалению, и здесь многое зависит от масштабов финансирования, поэтому в основном наши саперы используют модели, которые далеки от всех способностей garrett ace 250.
Существует еще множество специального оборудования, используемого саперами, однако, о нем мы поговорим в следующий раз. Упомянем лишь о еще одном верном соратнике подрывника, а по совместительству и его четвероногом друге – собаке. Да-да, именно собаки – саперы на сегодняшний день являются одним из наиболее эффективных средств по поиску мин.
Кевларовая защита сапера
‘+ ‘ Костюм сапёра ОВР-2-02.
В любой работе техника безопасности — один из приоритетов. Особенно если работа сама по себе небезопасна. Кто-кто, а саперы знают об этом не понаслышке. И хорошо известная всем, перешедшая в разряд шуток фраза «сапер ошибается один раз» на самом деле ничего смешного в себе не несет.
Чтобы хоть как-то снизить риск для представителей одной из самых опасных профессий, производители неустанно разрабатывают все новые и новые средства защиты. Для знакомства с общевойсковым комплектом разминирования (ОВР-2-02), а проще говоря, с костюмом сапера, корреспондент «Армейского стандарта» приехала в Международный противоминный центр Вооруженных сил Российской Федерации.
Сохранить жизнь
— Вы на себя его и надеть, наверно, хотите? — поинтересовался у меня заместитель начальника центра полковник Олег Крыжановский. И, получив убедительный кивок в ответ, обратился к сержанту, подошедшему несколько минут назад.
— Ты костюм какого размера принес? Самый маленький неси, на кого тут надевать — полтора метра в валенках…
Прозвучало это очень смешно. Военный удалился и в скором времени принес комплект нужного размера.
Моим проводником к познаниям нюансов комплекта разминирования поручено было стать сержанту Дмитрию Бабину. Чтобы никого не смущать всем происходящим, мы отправились на удаленную площадку, граничащую с городком минно-разыскных собак.
Дмитрий стал поочередно раскладывать элементы костюма (их, к слову, было на три большие сумки), а заодно и рассказывать, что, зачем и почему.
Ничего лишнего
Из первой сумки сержант достал комплект системы охлаждения. По виду он больше напоминал термобелье с множеством пришитых с внутренней стороны трубочек. В дополнение к нему еще шел бак для льда. Как оказалось, ничего сложного в этой системе нет. Сапер просто засыпает лед в бак, который подсоединяется к костюму, а компрессор обеспечивает поступление холодного воздуха по тем самым трубочкам.
— При очень жаркой погоде хватает на 30–40 минут, в день — одна-две заправки, — пояснил сержант.
— А сколько по времени может непрерывно работать сапер?
— Все зависит от условий. На минном поле — 40 минут. После — отдых, и можно вновь приниматься за работу.
Следом из недр баула были извлечены комплекты летнего и зимнего термобелья, балаклава и защитные накладки на кисти рук.
Аккуратно разложив содержимое первой сумки, сержант принялся за вторую. Из нее появился защитный шлем. Его военное название — ЛШЗ-2ДТМ. Шлем оснащен системой аудио- и видеосвязи.
Дмитрий рассказал, что с помощью видеоустройства командир саперной группы видит все происходящее на участке разминирования глазами сапера и в нужный момент может скорректировать действия своего подчиненного.
Вдаваться в объяснения, для чего нужна аудиосвязь, смысла не было. Это и так понятно. Но сержант все же акцентировал внимание на то, что без связи саперу работать категорически запрещено.
Помимо упомянутых устройств шлем также оснащен специальным забралом и выдерживает попадание пули калибра 9 мм с расстояния 25 метров.
И наконец, из третьей, самой большой сумки военнослужащий извлек бронежилет и сам костюм.
— Из чего он сделан? — интересуюсь у сержанта.
— Штаны и тактическая куртка изготовлены из кевлара. Бронированные элементы — из легкого и высокопрочного полиэтилена, способны защитить сапера от осколков, а также пистолетных пуль калибра 9 мм (ПМ) и 7,62-мм (ТТ) с пяти метров. В этом костюме дополнительно усилена защита воротниковой зоны и жизненно важных органов.
К слову, конструкция штанов продумана от и до. С внешней и внутренней стороны штанин встроены молнии, позволяющие надевать их без лишних мучений. А утягивающие ремешки гарантируют максимально плотное прилегание к телу.
— Про плюсы все понятно, их более чем достаточно. А как быть с минусами? Наверняка же они есть?
— Я бы не назвал это минусами. Скорее, то, над чем конструкторам еще предстоит поработать. Да, новичку первое время без посторонней помощи тяжело надевать такой костюм. К нему нужно привыкнуть, подогнать все под себя. Ну а дальше — тренировки.
— Есть нормативы по времени, за сколько нужно его надеть?
— Нет, в работе сапера спешка может сыграть злую шутку. В среднем ребята, кто уже раз десять надевал, укладываются в три минуты. Поначалу можно и все 15 провозиться.
В дополнение сержант рассказал, что металлических вставок в костюме нет, чтобы не сбивать с толку миноискатель.
А еще в запасе у сапера всегда есть специальное устройство, именуемое «кошкой».
— Это одно из старейших и самых надежных средств инженерного вооружения. Сапер с ее помощью может перемещать подозрительные предметы, при этом сам находится в укрытии. Внешне устройство больше похоже на якорь с дополнительными крюками и длинной веревкой. Ее длина может доходить до ста метров. Задача специалиста — зацепить «кошкой» подозрительный предмет, например, бесхозную сумку с неизвестным содержимым. Затем он разматывает веревку, сам при этом отходит в безопасное место, после чего дергает за нее и сдвигает предмет.
Тест-драйв защитной амуниции
Когда с теоретической частью было закончено, настал долгожданный момент хоть на время ощутить себя представителем этой опасной профессии. К вопросу примерки костюма, без лишних раздумий, решено было подойти самым надежным способом — воспользоваться помощью Дмитрия. Сержант поэтапно облачал меня в костюм: рубашка, штаны, бронежилет. Подвижность становилась все хуже, а дышалось под весом амуниции все труднее.
— Конечно, все должно быть по-настоящему.
Воротник плотно застегнут. Чувствую себя каким-то роботом. Последний штрих — подгонка шлема под размер головы.
Через пару минут простой ходьбы стало понятно, что долго я так не протяну. Под весом бронежилета ныли плечи, а шлем давил на виски. В дополнение еще и невыносимо жарко.
Все-таки сказывалась объективная разница в наших весовых категориях. Субтильной девушке в саперах, конечно, будет сложновато. Лучше и не пробовать.
«Похожу еще немного, а то стыдно как-то просить сразу снять», — крутилось в голове.
На мою удачу, начался дождь, и сержант сам предложил мне освободиться от доспехов и пойти в помещение.
Честно говоря, я такому предложению очень обрадовалась. А про себя еще больше зауважала не только опасный, но и очень непростой труд сапера. Удачи вам, ребята!
Вот эти ребята будут пострашнее всех Альф, спецназов ГРУ и прочих ВДВ
1 декабря 2014 года в городе Муроме (Владимирская область) приступили к формированию инженерно-сапёрной бригады центрального подчинения. Бригада была сформирована в целях повышения возможностей инженерных войск и оперативности их применения, создания резерва для решения внезапно возникающих задач и усиления группировок войск на стратегических направлениях. Бригада находится в резерве Верховного Главнокомандующего.
В составе бригады, впервые со времён Великой Отечественной войны, возрождён батальон штурма и разграждения, предназначенный для обеспечения беспрепятственного продвижения сил общего назначения на урбанизированной местности, что позволяет значительно повысить эффективность действий при штурме зданий, максимально избежав при этом потерь.
На этот раз удалось с «лейкой» и блокнотом понаблюдать за работой «штурмовиков». Из личных впечатлений: один из самых интересных моих армейских заездов.
На наши и ваши вопросы отвечает гвардии старший лейтенант Дмитрий Анатольевич Ф., командир роты штурма и разграждения 1-й гвардейской инженерно-сапёрной Брестко-Берлинской Краснознамённой орденов Суворова и Кутузова бригады.
Все вопросы в одно интервью втиснуть не получилось, но возможность оставить вопросы в комментариях и получить на них ответ — есть!
1. Совсем кратко о себе
В армии служить мне хотелось всегда, на военной службе я с 2005 года. Закончил военное училище в Санкт-Петербурге и волею судеб и своей собственной оказался в рядах 1-й гвардейской инженерно-сапёрной Брестко-Берлинской Краснознамённой орденов Суворова и Кутузова бригаде. Наша бригада центрального подчинения была сформирована 1 декабря 2014 года в городе Муроме (Владимирская область). Службой в бригаде доволен, это именно то, чем мне нравится заниматься.
3. Что входит в задачи именно штурмового подразделения военных инженеров?
Непосредственные задачи именно моего подразделения — разграждение и штурм. Разграждение, проще говоря, это ликвидация заграждений противника (в том числе и минированных) разными методами, а штурм — это уничтожение противника в укреплённых точках и целых районах. Плюс обеспечение беспрепятственного продвижения по территории противника пехоты, артиллерии, танкистов и других сил, следующих за нами.
Подразделения, подобные нашему, широко применялись в Красной Армии в годы Великой Отечественной войны, информации по ним достаточно. Современные военные конфликты, конечно, заметно отличаются от обстановки на фронтах Великой Отечественной, но есть и немало общих черт. Создание штурмовых подразделений — веление времени и адекватная реакция на современные военные реалии.
5. Какой тяжёлой техникой вооружены «штурмовики»?
В батальоне есть роты разграждения и штурма (из тяжёлой техники — бронетранспортёры БТР-82А и бронеавтомобили «Тайфун-К») и роты специальной тяжёлой инженерной техники (инженерные машины разграждения — ИМР-3, установки разминирования — УР-77 «Метеорит»). На вооружении у нас есть робототехнические средства (роботы разминирования и пожаротушения), с робототехникой работают специально обученные военнослужащие роты робототехнических средств.
9. Как дела со связью?
Все новинки, появляющиеся в ВС, у нас есть. Со связью проблем не вижу, в том числе со связью между бойцами штурмовой группы.
10. Чем экипированы «штурмовики»?
Начну с ОВР-3Ш. Костюм разминирования (штурмовой вариант) удобный и продуманный. Нуждается, конечно, в индивидуальной подгонке, но это нормально. Про вес и удобство скажу так: весь световой день сегодня активно двигался по зданию в ОВР-3Ш. Усталось, конечно, есть, но, без преувеличения — нормативы по физподготовке готов сдать прямо сейчас. Ощущения удобства приходят со временем, костюм должен «притереться» к человеку, потом в нём нормально работается. Всего у костюма три типоразмера, но это не самая востребованная опция. Есть естественное ограничение — «штурмовик» должен быть средней комплекции. Большой солдат — большая цель и не везде сможет пролезть, у маленького солдата может не хватить физических сил в бою на выполнение тяжёлой физической работы.
Уровень защиты костюма определятся бронепанелями, размещаемыми в специальных «карманах» на груди, по бокам, в паху и т.д. Какой у них класс защиты есть — такой и у костюма. У нас панели 6-го класса защиты, стреляли в костюм с такой панелью из СВД бронебойно-зажигательной пулей с десятка метров. Пробитий не зафиксировали. Забрало на шлеме держит пистолетную пулю. Ну и, конечно, осколки.
Стропы molle на костюме удобные. Позволяют разместить необходимое оборудование именно там, где лично тебе удобнее.
Связь с разработчиками имеется, мнением по удобству и особенностями эксплуатации поделиться можем.
«Ратник». Одобряю. Кроме, пожалуй, расположения «разгрузки» на груди. Её надо перемещать на бёдра, иначе в огневом контакте не получается минимизировать собственный силуэт в положении «лёжа», ведь лежать приходится на «броне» и отделениях с магазинами, размещёнными поверх «брони». Кроме того, если подразделение стоит на днёвке или ночёвке, обеспечено наблюдение и безопасность, солдат может снять с себя «броню» на время отдыха, не расставаясь с боекомплектом. В «Ратнике» так не получится. Сначала надо снять разгрузку с боекомплектом и потом «броню». И ещё деталь: хорошо загруженная снаряжением и боекомплектом «разгрузка» в теперешнем виде при длительном ношении приводит к чрезмерной усталости спины.
Мультитулы. Есть штатные и личные. Иметь лично приобретённый не возбраняется. У меня лично как раз такой, купил ещё до поступления штатных. В целом я бы сказал, что штатный мультитул нормальный, позволяет решать весь спектр задач, но есть и инструменты получше. От такого элемента экипировки как мультитул, в нашей работе может зависеть жизнь, так что экономить на компактном инструменте для себя лично считаю неправильным.
По снабжению в целом. Отмечу, что нехватки в чём-то у нас нет. Среди штатного довольствия встречается немало новинок. Как-то «проапгрейдить» лично своё имущество не возбраняется. Это, кстати, позволяет опять же суммировать персональный практический опыт и транслировать его на всё подразделение. Один что-то купил, принёс, показал, проверил в деле — о, можно брать! Надёжная и функциональная вещь никогда не помешает. Опять же, изоленту, простор для улучшений и персональных доработок никто не отменял. Из очевидных уже сейчас вещей — нужны зацепы на автоматные магазины. Для «Ратника» это особенно важно: насуёшь в каждую ячейку по три магазина — без зацепа доставать уже не очень удобно, да и выпасть впопыхах может.
На ОВР есть специальные фиксирующие резинки для магазинов, позволяющие не потерять магазин в движении. Мелочь, а важная. На других подсумках такой мелочи нет, дорабатываем их под себя, потому что проверено и удобно. Есть перенятый сторонний опыт. В СОБРе подсмотрели: у «щитовика» на левой руке бинтом или изолентой примотаны запасные магазины к пистолету. Приспичило перезарядиться — делаешь это не отнимая руки от щита. У нас тоже есть на вооружении два типа щитов — лёгкий и тяжёлый. Можно составлять три щита в один. Тяжёлый щит снабжён колёсиками, в здании это может быть очень удобно.
11. Кем комплектуются штурмовые подразделения инженерных войск?
И «контрактниками» и «срочниками». При комплектовании нашего батальона принято обращать пристальное внимание на военнослужащих контрактной службы, отслуживших срочную или ранее служивших «контрактниками» в разведывательных подразделениях и войсках специального назначения, в ВВ. У нас очень ценят ранее приобретённые ими навыки.
Для меня, как для командира роты, желанный кандидат в подразделение выглядит примерно так: «контрактник», возраст — 20-25 лет, спортсмен, физически развитый, крепкого телосложения. Обращу внимание на рост и вес. Плюсом для кандидата станут ранее приобретённые навыки сапёрного профиля и водительские права. Отлично, если ранее кандидат уже получил воинскую специальность, например, пулемётчика, радиста. И очень важный аспект лично для меня, как для командира — желание кандидата служить именно в нашем батальоне. Таких вот, «отборных контрактников», к нам пришло более 30 человек за полгода. Могло быть и заметно больше, но отбор и отсев у нас никто не отменял.
14. Физподготовка — это просто борьба за «хорошую спортивную форму» или есть ещё какие-то сверхполезные аспекты?
У наших военнослужащих в принципе физические нагрузки повышенные. Однако со временем этот «повышенный» уровень нивелируется за счёт личного роста, люди постоянно развиваются и в какой-то момент времени начинаешь расценивать высокие нагрузки как нормальные. Просто становишься сильнее и выносливее. Это, в том числе, и из личного опыта наблюдение.
15. Сколько получает «средний контрактник» в штурмовом подразделении?
В среднем «контрактник» получает около 30 тысяч рублей, а если он успешен и упорен в части индивидуальной физической подготовки, имеет (и может подтвердить) спортивную «классность», то получает право на денежную надбавку в 10-15 тысяч рублей. Поддержание отличной личной спортивной формы, как видите, неплохо оплачивается. В таком деле как работа над собой лично финансовый стимул считаю очень полезным.
16. Есть ли что-то из техники, чего пока в распоряжении нет, но хотелось бы иметь именно для командира штурмовой роты?
БПЛА. У нас пока что нет таких, но лично мою работу по принятию решений на основании оперативных разведданных они сильно облегчают. Опыт взаимодействия с БПЛА у меня был.
Если именно техники не касаться, считаю, что очень полезной для нас, как для молодого подразделения с уникальной спецификой, была бы возможность привлечения сторонних экспертов и инструкторов. Для обучения. Мы сейчас активно формируем базу боевого опыта, вот здесь инструкторский опыт «узких» специалистов из других подразделений для нас бесценен. Например, хотелось бы освоить нюансы действий в горах, на практике изучить опыт тех же полицейских СОБРов по работе в здании, инструкторы из числа разведки СпН познакомили бы со своим опытом действий в лесу. Это всё необходимо суммировать, накапливать и адаптировать. Сейчас проводим видеосъёмку наших занятий с последующим «разбором полётов» и анализом. Учимся непрерывно. Опять же, напомню, наши «контрактники», пришедшие из специальных подразделений тоже становятся источниками новых знаний и, в какой-то мере, выполняют роль инструкторов. Это, как раз, часть моей работы, как командира: выделять главное, суммировать, адаптировать, накапливать и передавать подчинённым.
В этом ключе в ближайших планах у нас намечено сотрудничество с ССО (Силы специальных операций). Из того, что об этом могу сообщить — это будет практический курс разносторонней подготовки, проводимый силами инструкторов ССО на базе ССО для всех наших офицеров и «контрактников». Такой курс подготовки ожидает, в том числе, и меня. Отлично, что такая возможность у нас есть и очень правильно, что сотрудничество с ССО намечено как постоянное. Мы ведь тоже создавались как подразделение для выполнения специальных задач в рамках инженерно-сапёрной тематики.
Мы, кстати, изучали опыт обеих чеченских компаний, когда приходилось воевать в малоэтажной городской застройке. Там успешно применялись УР-77. Зачем нужны человеческие жертвы, когда укреплённое здание с боевиками внутри можно дистанционно закидать из УР-77 и только после этого произвести зачистку силами личного состава. Хотя там часто и зачищать было уже нечего после УР.
Иногда бывает, что надо вломиться в здание через брешь в стене. Которую ещё предстоит проделать. Тут важно иметь максимум информации о здании и противнике: что за здание, какие подходы, кто внутри, сколько их, чем вооружены. Отталкиваясь от этих данных, определяем тактику для конкретного случая: какая из групп в каком составе работает по первому этажу, какая по второму, кто прикрывает центральный и запасной входы-выходы. Скажем, когда-то удобнее войти просто в дверь, а когда-то сверху, пробив потолок или крышу. Если обстановка и дверь позволяют — можно обойтись и без взрыва, гидравлическими ножницами или дисковой пилой. В двух словах и без конкретики тут толком не расскажешь. В общем случае один человек под прикрытием группы подходит к зданию, устанавливает заряд (их немало самых разных) и производит подрыв ВВ одним из способов. Дальше штурм через пролом или одновременно через пролом и другие точки входа.
Но случаи, когда необходимо именно обезвреживание на месте или вывоз взрывного устройства для последующего уничтожения тоже в практике есть. Это как раз работа для высококлассного специалиста-сапёра, связанная с риском для жизни. В этой части опыта накоплено огромное количество, в том числе и со времён Великой Отечественной. И в современных инженерных войсках настоящих гениев минно-взрывного дела хватает.
20. Что можете делать полезного в мирное время? Привлекаются ли инженерные войска, скажем, к задачам ГО?
Привлекаются по необходимости. Можем вести разведку в зоне стихийного бедствия, аварии или катастрофы. Можем работать спасателями. Можем работать пожарными. Можем оказать первую помощь и эвакуировать. Можем возвести мост и навести переправу. Можем работать под водой, у нас свои водолазы есть. В общем — можем спасти жизни людям, терпящим бедствие или оказавшимся в зоне ЧС.
21. Что у вас считается признаком профессионального мастерства? Лётчики, например, сложный пилотаж крутят на малых высотах, снайперы в наручные часы с 300-х метров попадают, а что у «штурмовиков»?
Хороший инженер-«штурмовик» возвращается живым после успешного выполнения боевого задания.
Часть вторая, фотографическая
В часть прибыл ещё затемно, до подъёма.
Позавтракал в солдатской столовой.
На завтрак выдали пшённую кашу с подливой, курицу, свиное сало, коровье масло, хлеб, куриное яйцо, сладкий чай, карамель, пряники, печенье, молоко.
Сало и курица в моей тарелке в двойном размере, наконец-то нашёл в армии первого вегетарианца! Целый подполковник оказался.
Капуста, морковка, фасоль, горох к завтраку на выбор. Всё съесть не смог, хоть и был голоден. Завтрака, кстати, хватило на целый день беготни по муромским окраинам, еда добротная, сытная, хоть и не самая вкусная.
После завтрака отправились знакомиться с военными инженерами из роты разграждения и штурма. По предварительной договорённости они должны были продемонстрировать процесс облачения в новое защитное снаряжение.
У ОВР-3Ш предусмотрено три типоразмера.
Костюмы транспортируются и хранятся вот в таких сумках. Круглый отсек предназначен для шлема.
На столе разложены основные составные части ОВР-3Ш: слева видны фрагменты системы охлаждения, облегчённая куртка, брюки, «безрукавка» и защитный шлем.
Система охлаждения состоит из двух частей — фуфайки и «кальсон».
Лёгкие гибкие пластиковые шланги пришиты по всей внутренней поверхности фуфайки и кальсон.
Шланги гоняют воду из такого бачка при помощи электромотора. Аккумулятора хватает примерно на сутки работы. Хладагентом призвана выступать обыкновенная вода со льдом (со льдом!?).
Про лёд, вообще говоря, не очень понял: зимой его навалом, но система охлаждения не нужна, а летом где его взять? Насколько эффективно будет охлаждать пользователя обыкновенная вода (без льда) — выяснить не удалось.
В любом случае, система, заправленная питьевой водой может выполнять роль носимого запаса воды.
Система охлаждения надевается трубками к телу прямо на термобельё. Видны коннекторы для подключения к бачку с водой.
В зимний период система охлаждения не требуется, была надета только для демонстрации.
Поверх термобелья и системы охлаждения (или без последней) надевается вот такая облегчённая куртка, по сути это только рукава, куртка же служит вынужденным несущим элементом.
Облегчённую куртку удобнее надевать и подгонять вдвоём, но и в одиночку задача вполне посильна каждому. Шнуровка на спине не позволяет костюму елозить по телу, регулирует «ход» рук и плеч и общий комфорт.
Вслед за курткой надеваются брюки.
Брюки соединяются с курткой специальными стропами на защёлках, они видны слева на снимке.
Осталось водрузить на себя «безрукавку» с наплечниками.
По бокам, на груди и в паху костюма предусмотрены специальные «карманы» для размещения бронепанелей.
Панели могут быть разными, в данном случае у них 6 класс защиты, держат выстрел в упор из СВД бронебойно-зажигательной пулей.
По тому же принципу работает и плечевая защита, только она гибкая и не столь высокого класса защиты. Но от осколков, порезов и ожогов защищает надёжно.
Бронешлем «Воин Кивер РСП» с забралом. Забрало держит пистолетную 9-мм пулю.
Забрало на шлеме съёмное. На снимке оно только что с мороза, так что в помещении запотело. На улице запотевало значительно слабее, специально обращал внимание.
Щиток из трёхслойного пластика тяжёл, отменно прозрачен, но здорово меняет центр тяжести шлема.
Узлы крепления на шлеме позволяют размещать разнообразные предметы на шлеме, например, фонарик.
Связь, защита слуха и узел подключения для миноискателя.
Инженер-«штурмовик» в ОВР-3Ш. Забрало со шлема снято.
Для демонстрации прогресса в деле индивидуальной бронезащиты «штурмовиков» принесли пару современных реплик стальных кирас-нагрудников СН-42.
Кирасы специально сделали для демонстрационных целей на одном из предприятий по чертежам и фотографиям, а элементы крепления и «демпфер» сшил своими руками один из офицеров.
Стальной шлем, как видно, не самый аутентичный, но это дело наживное. Зато пехотная лопатка с клеймом «1917».
По многочисленным просьбам заинтересованных лиц некоторые фотоподробности из жизни мультитула НС-2 и штурмового ножа «Сапёр».
Чехол со штатным мультитулом виден у левого бойца на левом бедре.
Применение мультитула по прямому назначению.
Чехол можно крепить на поясной ремень или снаряжение несколькими способами.
Нож штурмовой «Сапёр».
Ножны со штурмовым ножом видны на правом бедре «штурмовика».
Нож штурмовой «Сапёр» сразу же привлёк к себе моё внимание довольно распространёнными грамматическими ошибками.
На всякий случай сообщаю, что в словосочетании «Вооружённые Силы России» все слова надо бы писать с большой буквицы.
А вот в словосочетании «Инженерные войска» слово «войска» грамотно было бы написать с малой буквицы.
Полной загадкой для меня стало изображение якоря на пластике рукояти. Кто-нибудь знает к чему на «Сапёре» якорь?
Попробовал немного порубить «Сапёром» древнее бревно. Голой рукой не очень удобно показалось, рукоять узковата снизу, где пальцы.
В перчатках действовать значительно сподручнее.
На этом со снаряжением предлагается уняться и перейти к осмотру фотографий с тренировок «штурмовиков» на местности.
Инструктаж, построение. Двое «штурмовиков» в ОВР-3Ш, двое в исторических костюмах времён Великой Отечественной (реплики камуфляжа «Амёба» и нагрудников СН-42), четверо в «Ратнике».
БТР-82А расставлены у всех входов-выходов в бригаде. На случай предотвращения возможной террористической угрозы.
Ткацкий комбинат, как видно, давно позаброшен людьми и теперь служит полигоном для тренировок «штурмовиков».
Удобно отрабатывать тактику действий штурмовой группы в городских развалинах.
Старшина считает патроны, пересыпая их из пачек в свою шапку. Очень распространённая в армии картина.
Здания бывшего ООО «УК «Муромский ХБК», или комбината «Красный луч», входившего в состав концерна «Русский текстиль».
В 1900 году здесь впервые заработали бумаготкацкие станки, а в наши дни комбинат оказался нерентабельным и сейчас переживает неудивительное превращение из классического «заброса» в руины.
Судя по обилию всяких надписей на стенах, муромские подростки уже прошли здесь суровую школу жизни.
Пока сапёры обсуждали план своих действий, немного походил по зданию. Кругом следы активной, в прошлом, жизнедеятельности.
Разделившись на боевые «двойки», приступили к тренировкам по штурму здания. Первыми идут бойцы в ОВР-3Ш, за ними ядро штурмовой группы.