За нарушения в сведениях о доходах госслужащего наказать могут дважды
 |
| AerialMike / Depositphotos.com |
Особое внимание государство уделяет вопросам противодействия коррупции. В целях осуществления мероприятий по борьбе с коррупцией для государственных и муниципальных служащих установлена обязанность ежегодно представлять работодателю сведения о доходах, имуществе и об обязательствах имущественного характера – своих и членов своей семьи. За представление недостоверных сведений служащий может быть привлечен к ответственности: работодатель вправе наложить дисциплинарное взыскание – вплоть до увольнения. Работу по выявлению коррупционных правонарушений проводит также прокуратура – в порядке надзора за соблюдением антикоррупционного законодательства (Решение Первореченского райсуда г. Владивостока от 12 ноября 2020 г. по делу № 2-3471/2020).
Может ли орган, проводящий инспекторскую проверку, привлечь служащего к ответственности за недостоверные сведения о доходах, если прокуратура в свое время уже наказала его за это?
Да, может. Так решил суд, рассмотрев иск сотрудника полиции, требующего отменить дисциплинарное взыскание, объявленное ему по результатам проверки вышестоящего органа. Дело в том, что служащий представил неполные сведения о доходах, забыв указать в справке:
За такие несоответствия служащему был объявлен выговор.
В дальнейшем при проведении инспекторской проверки вышестоящий орган выявил еще один факт – в справке о доходах не были указаны сведения о получении страховых выплат при наступлении страхового случая. Служащий был вновь привлечен к дисциплинарному наказанию. В этот раз ему объявили замечание, которое он и пытался оспорить в суде.
Но суд не удовлетворил его требования. Дисциплинарные взыскания наложены за два разных факта нарушения служебной дисциплины, выявленных в ходе проверки, проведенной сначала прокуратурой, и позже в ходе инспекторской проверки.
Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться
И даже доводы служащего об отсутствии умысла на предоставление недостоверных и неполных сведений о доходах, суд не принял во внимание, поскольку мотивы и цель данных поступков не имеют правового значения для наступления ответственности.
Судебная практика по декларации о доходах
Верховным Судом Российской Федерации в соответствии со статьями 2 и 7 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» в целях обеспечения единообразного применения законодательства Российской Федерации о противодействии коррупции проведено обобщение практики рассмотрения судами в 2013-2016 гг. дел по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Согласно информации, представленной областными и равными им судами, со дня вступления в силу Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», т.е. с 1 января 2013 г. по 1 января 2017 г. судами окончено производство по 19 делам, из которых по 12 делам (63%) исковые требования прокурора удовлетворены полностью или частично, по 7 делам (37%) в удовлетворении требований отказано.
Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами, и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
В силу положений части 1 статьи 56 ГПК РФ прокурор обязан представить доказательства приобретения ответчиком (ответчиками) в отчетном периоде земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) на сумму, превышающую его (их) общий доход за три последних года, предшествующих отчетному периоду.
В частности, прокурор обязан представить доказательства принадлежности спорного имущества кому-либо из ответчиков, приобретения его в отчетном периоде, доказательства, подтверждающие действительную стоимость имущества, факт превышения стоимости этого имущества по отношению к совокупному доходу ответчиков за три последних года, предшествовавших отчетному периоду, а также материалы, свидетельствующие о соблюдении при осуществлении контроля за расходами процедуры, установленной Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
Следует учитывать, что действующее законодательство не предусматривает возможности учета в числе расходов лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, и членов его семьи прожиточного минимума, затрат на оплату коммунальных услуг, алиментных выплат и других, не относящихся к расходам на приобретение имущества, предусмотренного положениями части 1 статьи 4, статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
Ответчиками могут быть, в частности, представлены доказательства получения ими денежных средств по гражданско-правовым сделкам (например, по договорам займа, дарения).
1. При выявлении незначительного расхождения доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение соответствующего имущества суд вправе определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации
Прокурор обратился в суд с заявлением к К., замещающей должность главного специалиста службы правовой экспертизы и судебных дел администрации муниципального района, и ее супругу о взыскании солидарно в доход Российской Федерации стоимости автомобиля в размере 2 800 000 руб.
Решением суда первой инстанции заявление прокурора о взыскании солидарно с К. и ее супруга в доход Российской Федерации денежных средств в сумме 2 800 000 руб. было удовлетворено в полном объеме.
Признавая обоснованными выводы суда первой инстанции о солидарном взыскании с ответчиков в доход Российской Федерации денежной суммы, судебная коллегия по гражданским делам верховного суда республики не согласилась с ее размером, указав следующее.
Судом установлено, что в отчетном периоде супругом К. приобретен автомобиль стоимостью 2 800 000 руб.
После обращения прокурора в суд с заявлением автомобиль был отчужден ответчиком по договору купли-продажи третьему лицу.
Совокупный доход ответчиков за три последних года, предшествующих отчетному периоду, составил 2 702 391 руб., что не соответствовало сумме расходов на приобретение автомобиля и превысило общий доход семьи на 97 609 руб.
Доводы ответчиков относительно источников происхождения этих средств были проверены судом.
2. Ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества
Заместитель прокурора области обратился в суд с заявлением к начальнику отдела по взаимодействию со структурами социальной сферы, общественными организациями и территориальным общественным самоуправлением администрации муниципального района Ж.Л. об обращении в доход Российской Федерации квартиры, автомобиля и машиноместа.
Судом установлено, что в течение отчетного периода Ж.Л. приобретены квартира стоимостью 2 900 000 руб., автомобиль стоимостью 700 000 руб. и машиноместо стоимостью 552 500 руб., а всего на сумму 4 152 500 руб.
Подтвержденный доход Ж.Л. за три последних года, предшествующих отчетному периоду, согласно представленным прокурором доказательствам составил 2 780 081 руб.
Факт передачи денежных средств был подтвержден договором займа, заключенным между Ж.И. и Ж.Л., распиской, выпиской по счету, принадлежащему Ж.Л., свидетельствующей о зачислении 2 000 000 руб., показаниями допрошенного в качестве свидетеля Ж.И.
Оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что, хотя Ж. были допущены неточность и неполнота представляемых сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, в ходе судебного разбирательства ответчиком были представлены доказательства, восполняющие данный пробел.
Представленный ответчиком договор займа, заключенный между Ж.Л. и Ж.И., не признан в установленном порядке недействительным.
При таких обстоятельствах суд правомерно отказал в удовлетворении заявленных прокурором требований.
Прокурор города обратился в суд с заявлением к главному специалисту отдела торговли и услуг управления по потребительскому рынку администрации города Ф. об обращении в доход Российской Федерации квартиры.
Судом установлено, что в течение отчетного периода Ф. приобретена квартира стоимостью 1 900 000 руб. При этом сумма сделки превысила совокупный доход Ф., ее супруга и несовершеннолетнего сына за три года, предшествовавших отчетному периоду, составивший согласно представленным прокурором сведениям 1 676 915 руб.
В ходе осуществления контроля за расходами Ф. поясняла, что источником получения средств, за счет которых приобретена квартира, являются накопления заработной платы за предыдущие годы, а также денежные средства, полученные по договору дарения от близких родственников.
В соответствии с положениями статьи 56 ГПК РФ судом был вынесен на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств Ф. по договорам дарения, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества.
По ходатайству ответчика Ф. судом были допрошены свидетели, подтвердившие передачу в дар Ф. от свекрови в 2008 г. денежных средств в размере 150 000 руб. и от матери в 2013 г. в размере 400 000 руб. Также были представлены выписки из лицевого счета Ф., согласно которым в 2013 г. на него поступили денежные средства в размере 1 550 000 руб., перечисленные покупателем за квартиру, принадлежавшую ее матери, от имени которой выступала по доверенности ответчик Ф.
Оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что при рассмотрении дела нашел доказательственное подтверждение факт приобретения Ф. квартиры за счет собственных накоплений и денежных средств, полученных в дар от близких родственников.
При таких обстоятельствах суд правомерно отказал в удовлетворении заявленных прокурором требований.
Решением районного суда, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда, отказано в удовлетворении заявления прокурора о взыскании в доход Российской Федерации со специалиста-эксперта отдела регистрации прав на объекты недвижимого имущества территориального органа Росреестра С. денежной суммы.
3. Положения Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» распространяются на депутатов законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации независимо от того, осуществляет он свои полномочия на профессиональной постоянной основе, или на профессиональной основе в определенный период, или без отрыва от основной деятельности
Прокурор области обратился в суд с заявлением к Р. и другим об обращении имущества в доход Российской Федерации.
Судом установлено, что Р. является депутатом областного Совета народных депутатов и осуществляет депутатскую деятельность без отрыва от основной деятельности.
В 2013 г. Р. заключил две сделки купли-продажи по приобретению объектов недвижимого имущества на общую сумму 28 175 000 руб. Подтвержденный доход Р. за три последних года, предшествующих отчетному периоду, составил 5 410 252 руб.
Отклоняя доводы Р. о невозможности осуществления контроля за расходами и изъятия в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, судебные инстанции обоснованно исходили из того, что действующее законодательство устанавливает возможность контроля за расходами депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации независимо от того, осуществляют они свои полномочия на профессиональной постоянной основе, или на профессиональной основе в определенный период, или без отрыва от основной деятельности (статья 8.1 Федерального закона «О противодействии коррупции», подпункт «г» пункта 1 части 1 статьи 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», пункты 3.1-3.8 статьи 12 Федерального закона от 6 октября 1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»).
4. Не подлежат контролю за расходами сделки, совершенные супругом (супругой) лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, в течение отчетного периода, но до вступления в брак с этим лицом. Имущество, полученное по таким сделкам, не может быть обращено в доход Российской Федерации в порядке, предусмотренном подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ
Прокурор обратился в суд к В.С., замещающей должность специалиста-эксперта отдела учета и работы с налогоплательщиками инспекции ФНС, и ее супругу В.Р. с заявлением об обращении имущества в доход Российской Федерации.
Судом установлено, что 8 мая 2014 г. на основании договора купли-продажи В.С. и В.Р. приобретены по 1/2 доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом стоимостью 990 000 руб.
30 сентября 2014 г. В.Р. приобретен автомобиль стоимостью 1 234 900 руб.
25 ноября 2014 г. В.С. и В.Р. заключили брак.
В соответствии с положениями пункта 2 статьи 256 ГК РФ, пункта 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, является его собственностью.
Исходя из времени возникновения права собственности на имущество, суд пришел к выводу о том, что 1/2 доли в праве собственности на дом и земельный участок, а также автомобиль являются личной собственностью В.Р., поскольку приобретены до вступления в брак с В.С. При этом действующее законодательство не предусматривает возможности осуществления контроля за расходами лица, произведенными им до вступления в брак с лицом, в отношении которого осуществляется контроль за расходами. Имущество, полученное по таким сделкам, не может быть обращено в доход Российской Федерации в порядке, предусмотренном подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ.
Поскольку стоимость 1/2 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, приобретенной В.С. в 2014 г., составила 495 000 руб., что не превышает ее доход за три последних года, предшествующих отчетному периоду (725 665 руб.), в удовлетворении заявления прокурору было правомерно отказано.
5. В случае утраты должником имущества, которое было обращено в доход Российской Федерации, суд вправе изменить способ исполнения решения суда путем взыскания с должника стоимости такого имущества
Вступившим в законную силу решением районного суда удовлетворено заявление прокурора края к К. об обращении имущества (автомашины) в доход Российской Федерации.
Поскольку место нахождения подлежащего изъятию автомобиля установлено не было, судебный пристав-исполнитель обратился в суд с представлением об изменении способа исполнения решения суда путем взыскания с должника в пользу Российской Федерации стоимости автомашины в размере 863 000 руб.
Определением районного суда способ исполнения решения суда изменен: с К. в доход Российской Федерации взыскана стоимость автомобиля.
Определением судебной коллегии по гражданским делам краевого суда определение суда первой инстанции отменено, представление отдела судебных приставов оставлено без удовлетворения. При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что имеется возможность исполнить решение районного суда способом, указанным в нем, а при изменении способа исполнения решения судом было изменено существо возникших между сторонами правоотношений.
Отменяя определение судебной коллегии и оставляя в силе определение районного суда, президиум краевого суда указал на то, что положения гражданского процессуального закона, предусматривающие возможность изменения способа исполнения решения суда (статьи 203, 434 ГПК РФ), не содержат ограничений или запретов для изменения способа исполнения решения суда об обращении в доход Российской Федерации имущества.
Установлено, что с момента вступления в законную силу решения суда должник К. действий по исполнению судебного акта в добровольном порядке не осуществила, своим недобросовестным поведением создала предпосылки к хищению транспортного средства. Заведомо зная о постановленном судом решении, мер к сохранности имущества не приняла, оставив транспортное средство с документами и ключами без присмотра, своевременно о хищении автомобиля в правоохранительные органы не сообщила.
При таких данных, а также учитывая нарушение судом апелляционной инстанции принципа неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений, суд кассационной инстанции пришел к правильному выводу о возможности изменения способа исполнения решения суда путем взыскания в доход государства стоимости автомобиля.
Обзор документа
Проанализирована практика за 2013-2016 гг.. дел об обращении в доход государства имущества, законность средств на приобретение которого не подтверждена по антикоррупционным правилам.
Приведена статистика рассмотрения таких дел, разъяснения по подсудности, по бремени доказывания.
Так, бремя доказывания законности происхождения средств, позволивших приобрести спорное имущество, возлагается на ответчика. При этом суд вправе принимать любые допустимые подтверждения.
Если ответчик ссылается на получение средств по гражданско-правовым сделкам, суд может вынести на обсуждение вопрос относительно реальности этого.
Поясняется, что не предусмотрена возможность учесть в числе расходов на приобретение имущества затрат, не связанных с этим (прожиточного минимума, сумм на оплату коммунальных услуг, алиментных выплат и т. п.).
Может быть выявлено незначительное расхождение доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение имущества. В таком случае суд может определить ту неподтвержденную часть, которая подлежит обращению.
Закон о контроле за соответствием расходов распространяется на депутатов органа госвласти региона независимо от того, осуществляют они свои полномочия на постоянной основе либо в определенный период, или без отрыва от основной деятельности.
Не подлежат подобному антикоррупционному контролю добрачные сделки, совершенные супругом (супругой) чиновника, даже если они имели место в течение отчетного периода.
Если должник утратит имущество, которое было обращено в доход государства, суд вправе изменить способ исполнения вынесенного решения путем взыскания с должника соответствующей стоимости.
Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 6 апреля 2020 г. N 14-П «по делу о проверке конституционности пункта 1 1 части 1 статьи 37 и пункта 2 части 1 статьи 59 2 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», а также пункта 2 части 1 статьи 13 1 Федерального закона «О противодействии коррупции» в связи с жалобой гражданина И.Н.Котяша»
Именем Российской Федерации
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева,
рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности пункта 1 1 части 1 статьи 37 и пункта 2 части 1 статьи 59 2 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», а также пункта 2 части 1 статьи 13 1 Федерального закона «О противодействии коррупции».
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина И.Н.Котяша. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителем законоположения.
Заслушав сообщение судьи-докладчика С.П.Маврина, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации
установил:
1. В соответствии с Федеральным законом от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя (руководителем государственного органа, лицом, замещающим государственную должность, либо представителем указанных руководителя или лица, осуществляющих полномочия нанимателя от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации), а государственный гражданский служащий освобожден от замещаемой должности государственной гражданской службы и уволен с государственной гражданской службы в связи с утратой представителем нанимателя доверия к государственному гражданскому служащему в случаях несоблюдения ограничений и запретов, требований о предотвращении или об урегулировании конфликта интересов и неисполнения обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции данным Федеральным законом, Федеральным законом от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» и другими федеральными законами (пункт 1 1 части 1 статьи 37); государственный гражданский служащий подлежит увольнению в связи с утратой доверия в случае непредставления государственным гражданским служащим сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представления заведомо недостоверных или неполных сведений (пункт 2 части 1 статьи 59 2 ).
Согласно пункту 2 части 1 статьи 13 1 Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ «О противодействии коррупции» лицо, замещающее государственную должность Российской Федерации, государственную должность субъекта Российской Федерации, муниципальную должность, в порядке, предусмотренном федеральными конституционными законами, федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, муниципальными нормативными правовыми актами, подлежит увольнению (освобождению от должности) в связи с утратой доверия в случае непредставления лицом сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представления заведомо недостоверных или неполных сведений, если иное не установлено федеральными законами.
Решением Первомайского районного суда города Мурманска от 7 сентября 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 6 декабря 2018 года, отказано в удовлетворении исковых требований И.Н.Котяша о признании увольнения незаконным, восстановлении в ранее замещаемой должности государственной гражданской службы, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении изменений в трудовую книжку и обязании представителя нанимателя принять меры по исключению заявителя из реестра лиц, уволенных в связи с утратой доверия. При этом суды пришли к выводу, что увольнение И.Н.Котяша в связи с утратой доверия на основании пункта 1 1 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» является законной и обоснованной мерой реагирования на допущенное им нарушение действующего законодательства о прохождении государственной гражданской службы, а процедура увольнения заявителя была соблюдена.
В передаче кассационных жалоб И.Н.Котяша на указанные судебные постановления для рассмотрения в судебных заседаниях судов кассационной инстанции отказано (определение судьи Мурманского областного суда от 29 марта 2019 года и определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20 июня 2019 года).
1.2. В силу статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации, проверяя по жалобам граждан конституционность закона или отдельных его положений, примененных в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, и затрагивающих конституционные права и свободы, на нарушение которых ссылается заявитель, принимает постановление только по предмету, указанному в жалобе, и лишь в отношении той части акта, конституционность которой подвергается сомнению, оценивая как буквальный смысл рассматриваемых законоположений, так и смысл, придаваемый им официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из их места в системе правовых норм.
Исходя из этого жалоба заявителя в части, касающейся проверки конституционности пункта 2 части 1 статьи 13 1 Федерального закона «О противодействии коррупции», не может быть признана допустимой по смыслу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», а производство по настоящему делу в этой части согласно пункту 2 статьи 43 и статье 68 названного Федерального конституционного закона подлежит прекращению.
2. Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1); граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе (статья 32, часть 4).
Одним из видов государственной службы, заключая контракт о прохождении которой гражданин реализует указанные конституционные права, является государственная гражданская служба, представляющая собой профессиональную служебную деятельность граждан на должностях государственной гражданской службы по обеспечению исполнения полномочий федеральных государственных органов, государственных органов субъектов Российской Федерации, лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, и лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (пункт 1 статьи 2 и пункт 1 статьи 5 Федерального закона от 27 мая 2003 года N 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации», часть 1 статьи 3 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации»).
Вместе с тем, устанавливая требования к лицам, претендующим на замещение должностей государственной гражданской службы, а также ограничения, связанные с прохождением данного вида публичной службы, и определяя правовые последствия несоблюдения этих требований и ограничений, федеральный законодатель должен не только учитывать такие закрепленные в Конституции Российской Федерации принципы демократического правового государства, как приоритет прав и свобод человека и гражданина, справедливость, юридическое равенство, соразмерность устанавливаемых ограничений конституционно одобряемым целям (преамбула; статья 1, часть 1; статья 2; статья 19, часть 1; статья 55, часть 3), но и следовать предписаниям ее статьи 54 (часть 2), согласно которой юридическая ответственность может наступать лишь за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. Данное конституционное требование в широком смысле распространяется как на отношения, связанные с установлением составов различных правонарушений и привлечением к юридической ответственности за их совершение, так и на отношения, предполагающие наступление для граждан любых негативных правовых последствий, имеющих публично-правовую природу (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2020 года N 8-П).
Исходя из приведенной правовой позиции, конституционное требование о недопустимости привлечения к юридической ответственности за деяния, которые не являются правонарушениями, предполагает, что правовые последствия таких деяний во всяком случае не могут быть связаны с применением мер юридической ответственности. Принимая во внимание, что обязанность по соблюдению ограничений, связанных с прохождением государственной гражданской службы, может быть возложена только на государственных гражданских служащих, т.е. лиц, которые уже приобрели соответствующий публично-правовой статус в силу самого факта поступления (приема) на государственную гражданскую службу, в то время как в отношении лиц, претендующих на замещение должностей государственной гражданской службы, допустимо установление лишь определенных требований, обусловленных спецификой данного вида публичной службы, неисполнение которых в буквальном смысле не является противоправным поведением и лишь исключает возможность поступления (приема) на государственную гражданскую службу, правовые последствия несоблюдения соответствующих ограничений государственным гражданским служащим, с одной стороны, и неисполнения такого рода требований лицом, поступающим на государственную гражданскую службу, с другой стороны, должны быть различными. Это означает, что применение мер юридической ответственности (включая увольнение с государственной гражданской службы по основаниям, предусмотренным законом) возможно только в отношении государственного гражданского служащего, совершившего противоправное виновное действие (бездействие), выражающееся в неисполнении или ненадлежащем исполнении государственным гражданским служащим по его вине возложенной на него обязанности по соблюдению ограничений, связанных с прохождением данного вида публичной службы. Неисполнение же лицом, претендующим на замещение должности государственной гражданской службы, установленных законом требований, необходимых для поступления (приема) на соответствующую службу, исключает применение к такому лицу мер юридической ответственности и должно влечь за собой лишь отказ в поступлении (приеме) на государственную гражданскую службу.
3. Правовое регулирование отношений, связанных с поступлением на государственную гражданскую службу Российской Федерации, осуществляется Федеральным законом «О государственной гражданской службе Российской Федерации», который, предусматривая среди прочего обусловленные спецификой данного вида публичной службы требования, предъявляемые к гражданам, претендующим на замещение должностей государственной гражданской службы, возлагает на таких лиц обязанность представлять представителю нанимателя при поступлении на службу и заключении служебного контракта сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера членов своей семьи (пункт 1 части 1 статьи 20 и пункт 9 части 2 статьи 26).
Непредставление же предусмотренных названным Федеральным законом сведений или представление заведомо ложных сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера при поступлении на государственную гражданскую службу в силу пункта 9 части 1 его статьи 16 относится к числу обстоятельств, при наличии которых гражданин не может быть принят на государственную гражданскую службу.
3.1. Порядок представления соответствующих сведений устанавливается Положением о представлении гражданами, претендующими на замещение должностей федеральной государственной службы, и федеральными государственными служащими сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (утверждено Указом Президента Российской Федерации от 18 мая 2009 года N 559), предусматривающим, что при поступлении на федеральную государственную службу граждане представляют сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в виде справки по форме, утвержденной Президентом Российской Федерации (подпункт «а» пункта 3). При этом согласно пункту 4 названного Положения гражданин при назначении на должность государственной службы представляет: а) сведения о своих доходах, полученных от всех источников (включая доходы по прежнему месту работы или месту замещения выборной должности, пенсии, пособия, иные выплаты) за календарный год, предшествующий году подачи документов для замещения должности государственной службы, а также сведения об имуществе, принадлежащем ему на праве собственности, и о своих обязательствах имущественного характера по состоянию на первое число месяца, предшествующего месяцу подачи документов для замещения должности государственной службы (на отчетную дату); б) сведения о доходах супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, полученных от всех источников (включая заработную плату, пенсии, пособия, иные выплаты) за календарный год, предшествующий году подачи гражданином документов для замещения должности государственной службы, а также сведения об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и об их обязательствах имущественного характера по состоянию на первое число месяца, предшествующего месяцу подачи гражданином документов для замещения должности государственной службы (на отчетную дату). Проверка достоверности и полноты сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представленных гражданином в соответствии с данным Положением, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 10). В случае же непредставления или представления заведомо ложных сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера гражданин не может быть назначен на должность государственной службы (пункт 15).
3.2. Обязанность обеспечить соблюдение требований закона при поступлении граждан на государственную гражданскую службу возлагается на соответствующий государственный орган (его подразделение по вопросам государственной службы и кадров), что предполагает в числе прочего истребование от конкретного гражданина, претендующего на замещение должности государственной гражданской службы, всех необходимых для назначения его на данную должность и заключения с ним служебного контракта документов и сведений, включая сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также организацию проверки достоверности этих сведений в установленном порядке.
Такое требование вытекает как из общеправового принципа законности, предусмотренного статьей 15 (часть 2) Конституции Российской Федерации, который обязывает органы государственной власти соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, так и из законодательных и иных нормативных правовых актов о противодействии коррупции и о государственной гражданской службе (в частности, пункта 3 статьи 6 и части 7 статьи 8 Федерального закона «О противодействии коррупции», пункта 16 части 1 статьи 44 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Указа Президента Российской Федерации от 21 сентября 2009 года N 1065 «О проверке достоверности и полноты сведений, представляемых гражданами, претендующими на замещение должностей федеральной государственной службы, и федеральными государственными служащими, и соблюдения федеральными государственными служащими требований к служебному поведению» и др.).
При этом увольнение государственного гражданского служащего по данному основанию не может рассматриваться как мера юридической ответственности, поскольку оно обусловлено не противоправными виновными действиями (бездействием), совершенными гражданином при поступлении на государственную гражданскую службу, а неисполнением соответствующим государственным органом (его подразделением по вопросам государственной службы и кадров) возложенной на него обязанности по соблюдению установленного порядка поступления (приема) граждан на государственную гражданскую службу.
4. В отличие от граждан, претендующих на замещение должностей государственной гражданской службы, государственные гражданские служащие, замещающие должности государственной гражданской службы, включенные в специальные перечни, установленные соответствующими нормативными правовыми актами Российской Федерации, обязаны представлять не только сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера и о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера членов своей семьи, но и сведения о своих расходах и о расходах членов своей семьи в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 2 части 1 статьи 20 и часть 1 статьи 20 1 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации»). Непредставление же государственным гражданским служащим такого рода сведений либо представление заведомо неполных или недостоверных сведений, в случае если их представление обязательно, является правонарушением, влекущим его увольнение с государственной гражданской службы (часть 6 1 статьи 20, часть 3 статьи 20 1 того же Федерального закона).
Приведенные законоположения приняты в развитие пункта 4 статьи 6, пункта 3 2 части 1 и части 9 статьи 8, а также частей 1 и 3 статьи 8 1 Федерального закона «О противодействии коррупции», а сама обязанность государственных гражданских служащих представлять представителю нанимателя сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера установлена в целях осуществления государственного контроля за имущественным положением лиц, замещающих должности государственной гражданской службы, и направлена на предупреждение коррупции. Исходя из этого неисполнение или ненадлежащее исполнение государственными гражданскими служащими данной обязанности представляет собой коррупционное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена специальными нормами Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации».
В частности, в силу пункта 2 части 1 его статьи 59 2 непредставление государственным гражданским служащим сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представление заведомо недостоверных или неполных сведений влечет за собой увольнение государственного гражданского служащего в связи с утратой доверия.
Соответствующее основание увольнения предусмотрено пунктом 1 1 части 1 статьи 37 названного Федерального закона, согласно которому служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а государственный гражданский служащий освобожден от замещаемой должности государственной гражданской службы и уволен с государственной гражданской службы в связи с утратой представителем нанимателя доверия к государственному гражданскому служащему в случаях несоблюдения ограничений и запретов, требований о предотвращении или об урегулировании конфликта интересов и неисполнения обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции данным Федеральным законом, Федеральным законом «О противодействии коррупции» и другими федеральными законами.
Следовательно, применение к государственному гражданскому служащему такой меры ответственности, как увольнение в связи с утратой доверия за совершение коррупционного правонарушения, выразившегося в неисполнении обязанности по представлению представителю нанимателя сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, предполагает наличие у соответствующего лица статуса государственного гражданского служащего и, следовательно, нахождение его в субординационных отношениях с лицом (органом), привлекающим его к данной мере ответственности, не только на момент увольнения в связи с утратой доверия, но и на момент совершения указанного коррупционного правонарушения.
При этом в целях защиты государственного гражданского служащего от необоснованного увольнения, а также соблюдения баланса публичных интересов и частных интересов государственных гражданских служащих федеральный законодатель в статье 59 3 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предусмотрел особый порядок применения взысканий за коррупционные правонарушения, включая увольнение в связи с утратой доверия в случае непредставления государственным гражданским служащим сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представления заведомо недостоверных или неполных сведений.
Указанными процедурами, в рамках которых решается вопрос, является ли выявленное нарушение обязанности по представлению сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера основанием для увольнения государственного гражданского служащего в связи с утратой доверия, обеспечивается обоснованность соответствующих решений коллегиального органа (комиссий), носящих рекомендательный характер, и окончательного решения представителя нанимателя, принимающего его на основе всесторонней оценки полученных документов, сведений и мнений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года N 1858-О, от 28 июня 2018 года N 1480-О и от 29 января 2019 года N 95-О).
Таким образом, оспариваемые заявителем положения пункта 1 1 части 1 статьи 37 и пункта 2 части 1 статьи 59 2 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» выступают элементами правового механизма применения к государственному гражданскому служащему меры ответственности за совершение им в период прохождения государственной гражданской службы такого коррупционного правонарушения, как непредставление сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представление заведомо недостоверных или неполных сведений, а потому не предполагают увольнения государственного гражданского служащего, который, хотя и не представил при поступлении на государственную гражданскую службу необходимых сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, на тот момент еще не имел соответствующего публично-правового статуса, но впоследствии был назначен на должность государственной гражданской службы вопреки требованию закона.
Иное означало бы допустимость применения в отношении государственного гражданского служащего меры ответственности в виде увольнения с государственной гражданской службы в связи с утратой доверия, т.е. по порочащему его основанию, при отсутствии в его действиях (бездействии) состава коррупционного правонарушения и тем самым не только вступало бы в противоречие со статьей 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, но и приводило бы к выходящему за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемлению прав на равный доступ к государственной службе и на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 32, часть 4; статья 37, часть 1, Конституции Российской Федерации).
постановил:
2. Конституционно-правовой смысл положений пункта 1 1 части 1 статьи 37 и пункта 2 части 1 статьи 59 2 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», выявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.
3. Прекратить производство по настоящему делу в части, касающейся проверки конституционности пункта 2 части 1 статьи 13 1 Федерального закона «О противодействии коррупции».
4. Правоприменительные решения по делу гражданина Котяша Игоря Николаевича, основанные на положениях пункта 1 1 части 1 статьи 37 и пункта 2 части 1 статьи 59 2 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке.
5. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.